В октябре 2021 года юристы сообщили, что по договору им всё равно нужно что‑то сделать, и я предложил начать с запроса в МВД о том, почему никто не приехал; позже они ответили, что МВД сообщило лишь о визите помощника участкового. Я сказал разбираться тогда с моим диагнозом, и после долгих обсуждений они решили, что нужна независимая экспертиза, чтобы хотя бы появился шанс выйти в суд. Я прошёл её почти за сорок тысяч: короткая беседа, несколько строк от руки — и заключение, что у меня нет шизофрении. Юристы начали запрашивать документы из больницы, на каждый запрос уходил месяц. В итоге только 14 января 2022 года я вместе с “юристом” Сапожниковой Яной Владимировной получил разрешение на проведение комиссии; там точно был Сафронов, остальных я не знаю. Мы предоставили заключение независимой экспертизы, и комиссия за несколько минут сказала, что диагноза у меня нет. И да, пока мы ждали в коридоре, я сказал этой “юристу”, что оцениваю свои моральные страдания в миллион.