ту же неделю мне позвонили из уголовного розыска по поводу моего последнего заявления — звонил Тимур Аверин; я тогда находился в полном тумане, приехал, но почти не мог связать двух слов. Ему, похоже, было всё равно, он уже прекрасно знал, кто я, потому что я раньше приходил к ним с просьбой проверить ноутбук, который они формально “проверили”. Впечатление от работы уголовного розыска было удручающим — ощущение, что там никто не собирается действительно разбираться.